Увага! 23 лютого — початок Великого посту!

25494
19.02.2015 08:48

Дорогі в Христі браття і сестри Вашій увазі пропонуємо Слова преподобного Симеона Нового Богослова на Великий піст рос. мовою

СЛОВО 76

Надлежит соблюдать и держать спасительный пост не в первую только неделю святой Четыредесятницы, но и во все прочие.

   1. Что имею я сказать любви вашей ныне, то следовало бы сказать в прошедшее воскресенье. Но как я знал, что в первую седмицу Четыредесятницы все почти христиане с радостию и великим усердием держат добрый и спасительный пост, всякий охотно возлагает на выю свою иго его, и ни одного не найдешь даже из таких, которые, не чая себе спасения, проводят жизнь свою в бесстрашии и нерадении о богоугождении, который бы не соблюдал закона поста в эту неделю и не хранил воздержания вместе с другими христианами, сколько это ему под силу, то и решил доныне отложить беседу мою с вами о лощении в прочие недели Великого поста.
   Все христиане, как я сказал, подвизаются в первую великопостную седмицу. Но, как в субботу празднуем мы преславное избавление от осквернения, бывшее христианскому народу чрез посредство святого великомученика Феодора Тирона, а в воскресенье творим праздник в воспоминание Православия и благодарим Всеблагого Бога славословиями и песнями, то в это время лукавый диавол, завидующий всякому нашему добру, подходит тайком к каждому христианину и, связав его нерадением и леностию, внушает отвратиться от святого поста, столь для нас спасительного, и опять вдаться в прежние свои злые обычаи. По сей причине я и напоминаю вам ныне и прошу любовь вашу, отнюдь не слушайте врага нашего диавола, не начинайте следовать опять злому навыку ненасытного чревонеистовства и не возвращайтесь более к удовлетворению недобрых пожеланий, коим удовлетворяли прежде столь долгое время, но как почтили мы первую неделю Великого поста сего, так да почтим и вторую, а потом последовательно и все прочие.
   Да, братия мои возлюбленные, пожалеем себя самих и не попустим себе сгубить в наступающую седмицу, что собрали в прошедшую. Напротив, надлежит нам паче поревновать о том, чтоб к стяжанному прежде приложить и другое что, а не разбрасывать зле (худо. — Ред.), что прежде уэкономили добре. Для того воспоминай каждый, сколь великую доставил ему пользу пост и сколь великую благодать получил он от Бога в эти немногие дни первой недели, и возгревай тем ревность на дальнейший подвиг поста. Пост, как врач душ наших, у одного христианина смиряет плоть, у другого укрощает гнев, от одного отгоняет сон, другого возбуждает на большее доброделание, у одного очищает ум и делает его свободным от злых помыслов, у другого вяжет неудержимый язык и страхом Божиим, как уздою, удерживает его, не позволяя ему говорить праздные и гнилые слова, а у иного не дает глазам смотреть туда и сюда и любопытствовать, что делает тот или другой, но всякого располагает внимать себе самому и свои собственные рассматривать грехи и недостатки. Пост мало-помалу утончает греховный покров, лежащий на душе, и рассеивает мысленный мрак ее, как солнце рассеивает туман. Пост делает нас способными зреть умно духовный воздух, в коем всегда сияет умное Солнце правды, Господь наш Иисус Христос. Пост, взяв в помощники себе бдение, отгоняет ожестение сердца, и из того, кто прежде был ядца и пийца (любитель есть и пить. —Ред.), извлекает потоки слез сокрушения, — что позаботимся, прошу вас, братия, возыметь и все мы. Ибо если придем в сокрушение, то, с помощию благодати Божией, легко избавимся от всякого мятежа страстей и от бури вражеских искушений, и достигнем безмятежной пристани бесстрастия.
   Это, братия мои, не достигается в один день или в одну неделю, но исправляется, с помощию благодати Божией, в более или менее продолжительное время трудом и потом, смотря по ревности и усердию каждого, также смотря по мере его отрешения от всего видимого и мысленного, и еще смотря по горячности его покаяния и непрестанного умного делания, то есть умной молитвы, непрестанно движущейся во глубине сердца его. Вот как исправляется сие, — у одного скорее, у другого медленнее.
   Без поста никто никогда не может исправить ничего из того, о чем я сказал, не может преуспеть и ни в какой другой добродетели, ибо пост есть начало и основание всякого духовного делания. Какие добродетели ни наздашь ты на основании поста, все они будут непоколебимы и непотрясаемы, как назданные на твердом камне. А когда примешь это основание, то есть пост, и на место его положишь насыщение чрева и другие неуместные пожелания, тогда все добродетели будут потрясены и разнесены от худых помыслов и от потока страстей, как песок разносится ветром, — и все здание добродетели рушится. Итак, чтоб не случилось этого и с нами, будем с радостию стоять на твердом основании поста, будем стоять, добрые братия мои, будем стоять со всем нашим желанием. Ибо кто принужденно от других взойдет на камень поста без собственного желания, тот не устоит, но будет сдвигнут с сего основания похотением и низринется в тайноядение, начав есть скрытно; начавший же есть скрытно пожрен будет злым диаволом.
   Пост есть закон и повеление Бога, и тех, которые преступают сей закон Божий, берет в свою власть первый преступник воли Божией диавол и мучит их, как тиран. Хотя это не тотчас случается, потому что Бог долготерпит на нас, ожидая покаяния нашего, однако же всячески не убежим от рук сего врага нашего, в сей ли жизни, или в будущей, если пребудем во грехе и не покаемся. Ибо если пребудем в таком состоянии (тайноядения), то осуждены будем праведным судом Божиим на вечные мучения вместе с диаволом, потому что от людей хоть и укроемся и можем делать это скрытно, но от Владыки нашего и Бога никак не укроемся: Он и воздаст нам по делам нашим. Будем же, братия мои, всевозможно блюстись не только от тайноядения, но и от насыщения яствами, предлагаемыми на трапезе. Ей, так творите, прошу вас.
   Вспомните прошедшую святую неделю, посмотрите на пользу, принесенную постом в союзе с бдением, молитвою, псалмопением. Какое у всех было сокрушение, какое благоговение и безмолвие! В ту неделю все христиане мне казались не человеками, а Ангелами, потому что я не слыхал тогда никакого другого слова, кроме славословия, которое воссылали все вы к Богу, — что есть дело Ангелов. Верую, что как вы творили дело Ангелов, так и Ангелы вращались среди вас невидимо и пели вместе с вами. Не отделяйтесь же от сообращения Ангелов чрез свое многословие и празднословие и своими бесчинными гласами и безмерными криками не отгоняйте от себя Ангелов и не приближайте к себе демонов, но всякий да внимает себе самому, занимаясь своим рукоделием и исполняя свое послушание, как бы находился пред лицем Бога. Не оставляйте, братия мои, церковных служб и чтения Божественных Писаний, и один другого побуждайте на это. Ибо как за обычною трапезою вещественною мы побуждаем есть сидящих близ нас и любимых нами, так и на этой духовной трапезе, питающей души наши, долг имеем мы, внимая сами, и братий наших побуждать внимать, чтоб не быть осужденными от Бога, как не любящие друг друга, и не потерять полученной нами чести быть учениками Христа, Который так говорит во Святом Евангелии: о сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, ащелюбовь имате между собою (Ин.13:35). Кто не понуждает друга своего есть на вещественной трапезе, тот нередко большую ему доставляет пользу, но кто не побуждает друга своего к духовной трапезе, то есть к слушанию божественных словес, тот причиняет ему большой вред. Ибо насыщение вещественными яствами растлить и повредить может и душу, и тело, а то, что говорится святыми на чтениях, просвещает ум, освящает душу, а чрез нее передает освящение и телу, делая его более здоровым и крепким.
   Внимай же всякий чтению, потому что словеса святых суть словеса Божии, а не человеческие; влагай их в сердце и блюди добре, потому что словеса Божии суть словеса жизни, и тот, кто имеет их в себе и хранит, имеет живот вечный. Когда сидим за трапезою, на которой предлежат разные яства, думаю, никто не зевает и не дремлет, но всякий заботится не только поесть достаточно, но и с собою взять на завтрашний день или чтоб дать что друзьям или бедным, а когда читаются словеса Божии, жизнь дающие и делающие бессмертными тех, кои питаются ими, скажи мне, прошу тебя, прилично ли кому-либо дремать и даже засыпать, уподобляясь живому мертвецу? О нерадение! о нечувствие! о потеря! Тот, кто, сидя за обычною трапезою, не имеет желания есть предлежащие на ней яства, очевидно, нездоров. Так и тот, кто, слушая божественное чтение, не принимает в душу свою божественных оных словес с услаждением и полным удовольствием и не насыщает мысленно всех своих чувств сладостию их, болен есть верою, голоден духовными дарованиями и умирает от духовной алчбы и жажды, при всем том, что окружен всякими благами. Как мертвый, когда его омывают водою, ничего не чувствует, так и духовно мертвый, будучи орошаем живоносными и божественными токами слова, не чувствует того духом своим.
   Итак, вы, которые имеете в себе слова жизни, которые достигли до вкушения сего хлеба слова животного, которые не мертвы, но восстали из мертвых, вкусили истинной жизни и стяжали утробы щедрот к ближним своим, не переставайте понуждать, умолять и убеждать братий своих, если возможно, всех, чтоб внимали чтению; нерадивых же обличайте и укоряйте, как собственные свои члены или, лучше сказать, члены Христовы, не да скорбь им причините, но да избавите от гнева негодования отеческого, — не да вред какой им причините, но да попользуете их премного, располагая их исполнять волю и повеление Бога и Отца их. Если будете так поступать, если каждый из вас будет побуждать брата своего к любви и добрым делам, то все мы скоро востечем на высоту добродетелей и исполним все заповеди Христовы, за что сподобимся все вместе получить и царствие небесное во Христе, Боге нашем, Коему подобает всякая слава, честь и поклонение ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

СЛОВО 77

О воздержании и терпении в делании добродетелей, требуемом временем поста, и о молчании, и о том, как истинно подвизающимся должно проводить все время поста.

Будучи немощен и душою и телом от злого моего и нерадивого произволения, желал бы я молчать и внимать только себе самому, помышляя о собственном своем состоянии, пока побежду волю плоти и подчиню ее душе, и получу совершенный мир в Духе Святом, быв освобожден Им от тяготы земного и вещественного мудрования и введен в пристань блаженного упокоения. Но поелику избран я вами быть главою святого тела вашего, то есть настоятелем вашим, то нужда мне належит (предстоит – ред.) подвигать вас на всякое добро, утешаясь надеждою, что вы, содевая собственное свое спасение, молитвами своими и молитвами моего духовного отца, и отца вашего, сохраните и спасете и меня, немощного душою. Почему, не имея сил отверзть уста мои, через силу написал я настоящее слово мое в некое напоминание братству вашему, прося и умоляя вас, как истинных рабов Христовых и искренних братолюбцев, молиться о мне бедном, да буду спасен и я вместе с вами и, шествуя путем заповедей Божиих, да спребуду выну с вами, возлюбленными моими братиями.

Итак умоляю вас во Христе Иисусе, внимайте себе самим, и каждый из вас да мудрствует в целомудрии и да не мудрствует паче, еже подобает мудрствовать (Рим.12,3). Не смотрите на мою нерадивую жизнь, но соблюдайте заповеди Господа нашего Иисуса Христа, Коему, яко праведному и неложному Судии, имеем мы отдать отчет во всем, что ни делаем. Дайте мне, прошу, такое похваление, да хвалюся, что я один падши по нерадению моему во глубины ада, воззвал велиим гласом и освободил вас от сетей диавола. Хотя мне надлежит оплакивать собственное свое нерадение, но я ищу удовольствие видеть вас парящими высоко, выше всех сетей вражеских. Соблюдайте же, возлюбленные, неопустительно все заповеди Христовы, да спасетесь, аки серна от тенет, и яко птица от сети (Притч.6,5).

Первая заповедь есть – да любим от всей души Бога и друг друга, как Бог возлюбил мир. Истинная же любовь к Богу и ближнему познается, когда кто имеет следующие качества: не гордится, не завидует брату своему но подражает добру, которое видит в другом, делая и сам тоже; не ищет одежд красивых, а только потребных; не ропщет, не шутит и не смеется, и не спорит ни о чем, ни о большем ни о малом; не насыщается не только яствами и сластями, но даже и водою, особенно в настоящие святые дни поста, в которые искренно и с болезнию сердечною кающийся получает от Бога прощение грехов, наделанных в продолжение всего года. Известно вам, как теплота покаяния и горячесть слез оных, исходящих из самой глубины сердца, испаряют и сожигают, как огнь, всю греховную скверну и душу оскверненную ею делают совершенно чистою; и не только это, но душа при сем получает еще богатое осияние божественного света, благодатию Духа Святого, преисполняется милостию Божиею и благими плодами.

Сей пост постараемся держать, возлюбленные братия мои, и в настоящую пятую неделю святой четыредесятницы и в следующие дни великой седмицы, прилагая каждодневно усердие к усердию, тщание к тщанию, пока достигнем Господня дня Святой Пасхи, освященные душою и телом. Почти уже протекли мы и эту пятую седмицу благодушно и с теплым усердием, ибо я уверен, что вами не было забываемо ни одно свойственное посту доброе дело, но что вы и всенощные песнопения совершали со всем вниманием, и воздержание соблюдали всестороннее держа его с великим терпением и благодушием и довольствуясь одними овощами и зелиями (травами, зеленью – ред.), предлагаемыми на трапезе. Знаю, что некоторые из вас сидят между нами за трапезою с сердцем сокрушенным и смиренным, и не вкушают даже этих скудных яств трапезы, но осуждают себя, яко недостойных и такой пищи, а потом непрестанно внимают себе и рукоделию своему, являя несмелую бездерзновенность с молчанием, в душе же быв преисполнены умиления, слез, молитв, молений и трудов духовных, вследствие чего, при частых коленопреклонениях, они изменились добрым изменением и стяжали подвижнический прекрасный зрак (вид – ред.).

Теперь, поелику мы скоро имеем оставить подвиг поста в приближающиеся дни Пасхи, то потщимся, прошу, и в остающиеся до того дни, особенно же в Святую Страстную неделю, строжайше блюсти закон добрейшего поста, держа и в это время такой же подвиг, как и в прошедшие дни. Нам потребно великое внимание и великое тщание, чтоб не проводить дни жизни нашей, как проводят их некоторые нерадивцы. И сами вы знаете, что иные, как только пройдет первая неделя, думают, что уже и вся четыредесятница прошла, – и об этом они кричат явно и между собою и пред другими. Но и в отношении к нам есть страх и страх великий, не подумалось бы и нам тоже, не начали бы и мы говорить между собою тоже, что говорят и они, и не явиться бы нам таким образом презрителями и нарушителями обета своего. Ибо нам, отрекшимся от мира и умершим ему, и посвятившим себя всецело Христу, дан закон строгого воздержания не на настоящее только время поста, но и на все время жизни нашей, в которое все неотложно должны мы хранить воздержание. И как не сознавать нам, что на нас лежит долг воздержания во все время жизни нашей, когда мы обещались и алкать, и жаждать, и наготствовать, и всячески злострадать, – и все это терпеть с великою радостию, – особенно теперь, во время святой четыредесятницы? Если не хотим таким образом проводить все время жизни своей, а хотим всегда есть а пить вдоволь, смеяться, шутить, празднословить, спорить, то какое будем иметь различие от неверных и язычников? Поистине никакого: даже мы явимся худшими их. Язычникам мы бываем подобны, когда заботливо ищем хлеба, вина, одежд; кому же делаемся мы подобными, когда делаем сказанные дела, которые гораздо срамнее и хуже этого? Всеконечно на нас исполнится тогда то, что говорит Пророк Давид: приложися скотом несмысленным и уподобися им (Пс.48,13).

Послушаем, братия мои, Бога, Который учит нас во Святом Евангелии: не пецытеся глаголюще: что ямы, или что пием, или чим одеждемся? … Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам (Мф.6,31-33). И чтобы кто не сказал: а если Бог запоздает дать потребное, и мне нечего будет поесть, что тогда делать? Он присовокупил: воззрите на птицы небесныя, яко ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш Небесный питает их. И затем сказал: не вы ли паче лучше их есте? (Мф.6,26). И опять, чтоб мы не малодушествовали и не роптали из-за пищи и пития, Он всем возвещает: блажени алчущии ныне, яко насытитеся(Лк.6,21). Итак, если ты веруешь во Христа и исповедуешь, что Он истинен есть и неложен, то никогда не будешь алкать или жаждать. Если нечего тебе есть и пить, и ты попросишь у келаря хлеба, или вина, или другого чего съестного, а он не даст тебе, будучи, может быть, занят каким делом, вспомни тогда слова Господа и скажи: алчу я и жажду, но терпя потерплю Господа, и Он сотворит по немощи моей и не оставит меня, – и потерпи, брате мой, и великую будешь иметь награду у Бога. И во всех других искушениях, случающихся с тобою, поступай таким же образом, – и будешь ты велик в настоящей жизни и в будущей сопричислишься к святым мученикам. Сколько есть бедных христиан, братия мои, которые лежат в каком-нибудь углу, и желают иной раз немного холодной воды, и той не имеют, – и между тем благодарят Бога, а не негодуют и не произносят никакого хуления! А мы, по милости Божией, имеем все потребное для тела неоскудно, и даже с излишком. Если теперь тот, кто, ничего не имея, ропщет, осуждается, что не имеет терпения; то, когда при имении всего вдоволь, иной, чтоб не потерпеть малого в чем-либо лишения, спорит, бранится и говорит слова хульные, – будет ли достоин какого-либо прощения такой? Знаю, что, говоря сие, я осуждаю себя самого и слова мои будут мне в обличение; впрочем, прошу, да будет сие и для вас некиим напоминанием.

Итак, как провели вы прошедшие дни поста со всяким усердием и тщанием, так, прошу, постарайтесь провести и всю святую четыредесятницу, воспоминая добрый образ жизни своей, и доброе свое поведение, и благоговеинство, и смирение, и молчание, и усердие к богослужению и к рукоделию. Ей, прошу вас, не забудьте страсте-истребительного поста, и очистительного воздержания, и не допустите себя, братия мои, до вознерадения о них, даже малейшего. Но хотя и случится, что в иной день переменят яства и вам представится случай получить некое утешение, вы не изменяйте своего намерения и держите свое правило воздержания непоколебимым и непреложным. Когда же поедите больше обыкновенного, то постарайтесь и в деле Божием побольше потрудиться, чтоб не была для вас эта пища, вместо благодарения и пользы, причиною вознерадения и великого вреда. Внимайте же и поститесь, братия мои, как я сказал вам, и следующую неделю, как прошедшие, ведите себя со страхом Божиим, не оставляйте послушания и рукоделия своего, и не блуждайте туда и сюда, подчиняясь демону уныния. Если кто из вас, проходя откуда-нибудь, найдет другого брата стоящим, или сидящим праздно, пусть поскорее пройдет мимо, сделав ему обычный поклон. Может быть, от этого праздный тот придет в чувство, раскается, устыдится и сам собою пойдет на дело свое. Поступая так, вы и сами избежите осуждения в праздности и празднословии.

Не слышали разве, что блаженный Зосима, написавший повествование о жизни преподобной Марии Египетской, говорит о святых отцах того монастыря, в который привело его особенное указание Промысла Божия? Как они выходили из монастыря и всю четыредесятницу проводили в пустыне, никогда не встречаясь друг с другом, а когда случайно замечал кто кого издали, тотчас убегал от него? Они и желания не имели встретиться с кем либо из своих в пустыне, и возвратясь в монастырь, не спрашивали друг друга, что кто видел, или что делал в пустыне, и вообще так держали себя в отношении друг к другу, как бы были странные и пришельцы и иного языка люди. И я думаю, что они так поступали не по чему другому, как потому, что тщательно внимали, как бы не изошло праздное слово из уст их. Итак, если отцы те столько дней и столько лет проводили, не заводя бесед между собою, то что сказать об нас, которые и в немногие дни святой четыредесятницы не можем уберечься от собеседований и празднословия? И что я говорю, – дни? Мы не можем удержать себя от этого даже на один час. И что будет нам, добрые мои братия, если, когда мы находимся в таком жалком состоянии, внезапно явится Судия всех Бог, Который в день суда взыщет отчета в каждом праздном слове? Если мы и языка своего не умеем удержать, то как возможем преодолеть прочие страсти? Какая другая страсть, скажи мне, легче этой? Плоть имеет естественное похотение и жжение, и часто поднимает восстание против души и борет ее очень сильно. Чрево естественно желает насыщенным быть яствами, потому что для того и создано. О языке же ничего такого сказать нельзя. Итак, если мы не можем пресечь злого навыка языкоболия (болтливости – ред.), что для нас очень удобно и легко, то как возможем одолеть другие страсти, более сильные и упорные, которые опираются на естестве нашем и состоят в союзе с похотию и сластию греховною?

Положим же, братие мои, отныне с общего согласия законом для себя, чтоб, коль скоро найдутся двое стоящими праздно без дела и ведущими безполезные и суетные разговоры, то им в тот день не давать есть ничего кроме сухого хлеба с солью и водою, которые они и пусть съедают, стоя на последнем месте в трапезе. Имея такой закон, – неотложный, – вы убережетесь от празднословие и шуток, а чрез это и угодите Богу, ради Его положив хранение устам своим и дверь ограждения о устнах своих, – и мне недостойному отцу вашему доставите великое утешение, радости исполнив душу мою, и своим собственным душам доставьте великую пользу, приучая себя, любви ради Божией, к такому доброму образу жизни и такому дивному обычаю, потом будете достойно прославлены и восхвалены всеми людьми, и Бог чрез вас славим будет, что вы в таком нынешнем роде оказались подражателями древних святых отцов; что, как думаю, не легко найти в наши времена, и в этих местах, где мы теперь находимся, и среди монахов, и в монастырях, какие видим и о коих слышим.

Почему умоляю вас, отцы мои святые и рабы Христовы, не преслушайте слов отца вашего недостойного, почетши их словами пустыми, ибо хотя я немощен и исполнен безчисленных грехов, однако ж сами вы видите, что я не советую вам ничего такого, чего не требовали бы заповеди Божии и что не предписывалось бы Божественным Писанием. Положите же доброе начало, чем и мне придадите некое оживление, когда святыми вашими молитвами и я пробуждусь от сна, протру очи свои, умою лице свое и прогоню глубокий сон лености. А я вместо этого добра, которое вы сделаете для меня, ничтожного слуги вашего, воздам вам воздаяние, хотя не как подобает, но насколько сил достанет, душеспасительными словами, которые вложит благодать Божия в отверстие нечистых уст моих. Ей, братие мои, умоляю вас, не презрите прошения моего, но как дали вы мне позволение держать пред вами слово, – мне полумертвому и почти безгласному, так отдайте мне и волю вашу, чтоб чрез отсечение воли вашей вы явили подвиг мучеников и страстотерпцев Христовых, а я отныне большую восприял готовность предать и душу мою и тело на вольную за вас смерть. Что да сбудется надо мною, да сподоблюсь я пострадать и умереть за братий моих и с таким напутствием да отыду в другую жизнь, во Христе Иисусе Господе нашем, Коему слава и держава, со безначальным Отцем, и Всесвятым Животворящим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Категорія: